На исходе XVIII столетия английское правительство, желая завязать торговые сношения с Китаем, направило туда чрезвычайного посла Джорджа Макартни. Этот дипломат уже объездил Европу и Россию; он был губернатором английских колоний на Антильских островах, затем губернатором Мадраса; за время длительного общения с людьми в странах, расположенных под самыми различными широтами и обладающих различными климатическими условиями, он приобрел обширные познания и большой жизненный опыт. Поэтому отчет о его путешествии содержит бесчисленное множество фактов и наблюдений, давших европейцам возможность составить себе более правильное представление о китайцах.
Эскадра в составе трех кораблей — «Лайон», «Хиндустан» и «Джекал» — вышла из Портсмута 26 декабря 1792 года, увозя Макартни и его свиту. После остановки в Рио-де-Жанейро, на островах Сен-Поль и Амстердам, где англичане повстречались с тюленебоями, в Батавии (Джакарта) и Бантаме на Яве, на острове Пуло-Кондор корабли стали на якорь у берегов Кохинхины, в обширной бухте, карта которой была очень неточной. Прибытие английских военных кораблей сначала вызвало у ко-хинхинцев некоторое беспокойство; но, когда они узнали причины, заставившие эскадру там остановиться, к Макартни направили высокопоставленного чиновника с подарками. Вскоре английский посол получил от губернатора приглашение на обед; после обеда состоялось театральное представление. В Кохинхине Макартни собрал некоторые сведения — не слишком точные, так как стоянка была непродолжительной — о нравах кохинхинцев и о том, на какие племена они разделяются.
Лишь только больные поправились и запас продовольствия был пополнен, корабли пустились в дальнейший путь. После остановки на Марианских островах эскадра вошла в Формозский (Тайваньский) пролив, где ее застигла сильная буря, и направилась в гавань на острове Чэнша. Английские моряки воспользовались стоянкой для того, чтобы внести исправления в карту этого острова и посетить город Шанхай; они возбудили там такое же любопытство, какое сами испытывали при виде всего нового, что их окружало.
Дома, базары, одежда китайцев, миниатюрные ноги женщин — все это, теперь хорошо нам известное, возбуждало величайший интерес чужестранцев. Мы остановимся на способе, применяемом китайскими садовниками для выращивания карликовых деревьев.
«В Китае, — рассказывает Макартни, — вероятно, очень ценят такого рода низкорослые деревья, ибо их можно увидеть во всех зажиточных домах. Способности садовника отчасти определяют по его умению выращивать карликовую растительность. Это искусство изобретено в Китае. Оно дает возможность иметь в комнатах растения, которые без вмешательства садовника не могли бы в них поместиться из-за своих размеров.